Skip to content

Cулим Битаев

Текст: Анатолий Папп, «Общественный вердикт»

Битаев Сулим Русланович родился 10 февраля 1981 года в Грозном.

ОБВИНЕНИЕ

В январе 2004 года РИА новости со ссылкой на Региональный оперативный штаб по управлению контртеррористической операцией на Северном Кавказе сообщило о задержании «активного участника бандподполья Битаева Сулима». «При задержании у Битаева был изъят пистолет системы Макарова со снаряженным магазином, а также две самодельных гранаты. …Установлено, что задержанный являлся эмиром ваххабитского джамаата, действующего в одном из населенных пунктов Грозненского района», – говорилось в заметке. Однако о причастности Битаева к конкретным преступлениям не сообщалось.

17 июня 2005 года Сулим Битаев был осужден Верховным судом Чеченской Республики по статьям: ч.2 ст.208 (участие в незаконном вооруженном формировании), ч.2 ст.209 (бандитизм), ч.3 ст.205 (теракт), ст.317 (посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа), ч.3 ст.222 (незаконное хранение оружия), ч.3 ст. 69 УК РФ к 18 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. В 2006 году из обвинения была исключена ст.222 о незаконном хранении оружия, а срок снижен до 17 лет 6 месяцев (суд учел, «активное способствование раскрытию преступлений, изобличению других соучастников»).

Начало срока – 19 января 2004 года, конец — 18 июля 2021 года. Битаев ранее не судим.

В Красноярскую исправительную колонию № 17 (далее ИК-17) Битаев прибыл в 12 мая 2006 года. Два года, с 24 сентября 2015 по 27 ноября 2017 года, Битаев сидел в ИК-15 Норильска, затем снова вернулся в ИК-17.

В декабре 2018 года Сулим Битаев был переведен из Красноярска в ИК-11 (поселок Утробино Кировской области).

ХАРАКТЕРИСТИКА

Судя по характеристике, предоставленная суду из ИК-17 в августе 2018 года, Битаев — закоренелый нарушитель порядка:

В настоящий момент отбывает наказание в отряде строгих условий отбывания наказания. Установленный порядок отбывания наказания нарушает. На меры воспитательного характера реагирует слабо. Режимные мероприятия не выполняет. Распорядок дня, установленный начальником учреждения, не соблюдает.
…В какие-либо группировки не входит. Круг общения ограничен. На других осужденных оказывает влияние. Дружеские отношения поддерживает с осужденными, характеризующимися отрицательно.
… За время отбывания наказания …дважды признавался злостным нарушителем. К дисциплинарной ответственности привлекался 43 раза в виде выговоров, водворения в штрафной изолятор, перевода в ПКТ и ЕПКТ. …Администрацией исправительного учреждения не поощрялся.
…На профилактическом учете у оперативно-режимных служб ФКУ ИК-17 …состоит как склонный к совершению суицида и членовредительства, изучающий, пропагандирующий, исповедующий либо распространяющий экстремистскую идеологию, склонный к нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов; склонный к систематическому нарушению правил внутреннего распорядка ИУ.

В предоставленной в суд в августе 2018 года администрацией ИК-17 «Справке о поощрениях и взысканиях осужденного» у Битаева нет ни одного поощрения. Есть 43 взыскания, из которых выговоров — 13, штрафной изолятор (ШИЗО) от 1 до 15 суток — 23, ПКТ (помещение камерного типа) — 4, ЕПКТ (единое помещение камерного типа) — 3. В общей сложности Битаев провел в ШИЗО больше 130 суток, а в ПКТ и ЕПКТ — больше 3 лет. (ПКТ и ЕПКТ – это внутренняя тюрьма колонии, камера с более строгим режимом содержания. ПКТ создается внутри колонии, ЕПКТ – специально созданный сектор с камерами, «обслуживающий» несколько колоний).

Судебные разбирательства Битаева касаются событий декабря 2017 и августа 2018 годов. Это несколько разных эпизодов незаконных, по мнению Битаева и его адвокатов, взысканий, которые рассматриваются судами Красноярска и Грозного. Битаев добивается также расследования событий 30 августа 2018 года, когда, по его словам, он был избит сотрудниками ИК-17.

КРАСНОЯРСКИЙ ИСК

20 сентября 2018 года Битаева подал исковое заявление в Советский районный суд Красноярска (4 декабря иск был уточнен адвокатом Битаева Иваном Хорошевым). Он утверждал, что два взыскания: перевод в ПКТ на 3 месяца 18 декабря 2017 года и водворение в ШИЗО на 15 суток 30 августа 2018 года, вынесены с нарушениями:

«…При наложении взыскания я не присутствовал, дисциплинарная комиссия либо не проводилась, либо мне о ней не сообщали и провели в мое отсутствие, до наложения взыскания сотрудники не брали с меня письменные объяснения по инкриминируемому нарушению, поэтому мне не известны причины привлечения к данной дисциплинарной ответственности. …Я не знаю за какое нарушение правил внутреннего распорядка я был привлечен к данной мере взыскания, на дисциплинарной комиссии не присутствовал, сотрудники не брали с меня письменные объяснения по инкриминируемому нарушению, с постановлением о водворении в штрафной изолятор не знакомили, медицинский осмотр до водворения не проводился».

На основании изложенного Битаев просил суд признать незаконными постановления начальника ИК-17.
Первое из нарушений, о которых идет речь, было выявлено 9 декабря 2017 года: в 22:52 в камере ШИЗО Битаев не находится на спальном месте в установленное распорядком дня для сна время, а ходил по секции. Второе нарушение состояло в том, что 10 декабря, в 16:59, Битаев находился в камере без «куртки установленного образца». За эти два нарушения правил внутреннего распорядка (ПВР) постановлением начальника ИК-17 от 18 декабря 2017 года Битаев был подвергнут дисциплинарному взысканию в виде перевода в помещение камерного типа сроком на 3 месяца. С данным постановлением Битаев был ознакомлен в тот же день, однако от подписи отказался, о чем сделана отметка на постановлении и составлен акт.

Во время судебного разбирательства адвокат Битаева Хорошев указывал, что представленные ответчиком (ИК-17) фотоснимки «не отображают ни место, ни время, не понятно, где и когда они были сделаны. Все документы составлены без участия Битаева». Хорошев заявил, что представители колонии сообщили о невозможности предоставить суду видеосъемку дисциплинарных комиссий, на основе которых должно было приниматься решение о взысканиях Битаева, из-за «неполадок жесткого диска».

Со своей стороны, представитель колонии утверждал, что «процедура привлечения Битаева С.Р. к дисциплинарной ответственности не нарушена».

Суд встал на сторону колонии, указав, что Битаев совершил все вменяемые ему нарушения и получил взыскания в соответствии с законом. В качестве доказательств суд принял рапорты инспекторов о нарушениях Битаева, акты изучения видеозаписей этих нарушений сотрудниками колонии (сами видеозаписи судом не рассматривались), акты, подписанные сотрудниками колонии, о том, что Битаев отказался дать письменные объяснения, а также акты, в которых утверждалось, что с выдвинутыми обвинениями Битаев ознакомлен, но дать в этом расписку отказался. Была также представлена медицинская справка о возможности содержания в ШИЗО. Никаких других доказательств, кроме этих справок, рапортов и актов, в деле нет.

29 января 2019 года суд решил, что «требования административного истца не подлежат удовлетворению».

27 февраля 2019 года адвокатом Хорошевым от имени Сулима Битаева в Красноярский краевой суд была подана апелляционная жалоба на решение Советского районного суда Красноярска, в которой указывалось, в частности, что «установленные судом первой инстанции обстоятельства, имеющие значение для административного дела, являются недоказанными», что «все принятые судом доказательства созданы без участия Битаева С.Р., фотоснимок плохого качества, не отображает ни время, ни место, неясно, когда он был сделан. …При этом две одинаковые поломки жёсткого диска, не сохранившие видеозаписи двух дисциплинарных комиссий в отношении одного осуждённого, подтверждающиеся только справкой из колонии, как ни странно, не вызвали сомнений у суда, обстоятельства поломок проверены не были».

В жалобе подчеркивается, что «рапорты, акты просмотра архивных видеозаписей, созданные сотрудниками учреждения, постановление которого оспаривалось, не могут быть доказательством нарушения правил внутреннего распорядка, поскольку представляют собой личные доказательства, для которых есть одна форма – свидетельские показания». Адвокат ссылается на другие решения Красноярского краевого суда, когда он не признавал рапорты сотрудников исправительного учреждения доказательством нарушения правил внутреннего распорядка, а предложил допросить их в качестве свидетелей в судебном заседании, с предупреждением об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний.

Судебная коллегия по административным делам Красноярского краевого суда 15 мая 2019 года не нашла «правовых оснований для отмены судебного решения», поскольку «административным истцом пропущен срок на его оспаривание», фотографии, рапорты, справки и акты работников ИК суд счел «относимыми и допустимыми доказательствами». Об одинаковых «поломках» жесткого диска в апелляционном определении не упоминается. Судебная коллегия определила: «Решение Советского районного суда г. Красноярска от 29 января 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу — без удовлетворения.»

17 августа 2019 года адвокат Хорошев от имени Сулима Битаева подал кассационную жалобу на предыдущие решения судов. Основания: «вышеуказанные решения судов считаем вынесенными с существенным нарушением норм материального и процессуального права», в частности, «принятие в качестве доказательств по делу рапортов, актов просмотра архивных видеозаписей, справок, созданных сотрудниками исправительного учреждения, является незаконным». Адвокат просил отменить решения суда первой инстанции и апелляционного суда, дело направить на новое рассмотрение в ином составе судей.

Однако 17 октября 2019 года судья Красноярского краевого суда Плаксина Е.Е. вынесла определение об отказе в передаче кассационной жалобы в Президиум краевого суда для рассмотрения по существу.

СУД В ГРОЗНОМ

В ноябре и декабре 2017 года администрация вынесла Битаеву несколько взысканий, в результате чего он был переведен на строгие условия отбывания и далее — в ЕПКТ на 6 месяцев.

Административный иск Битаев подал в Старопромысловский районный суд г. Грозного, 6 декабря 2018 года исковое заявления было зарегистрировано в суде. В заседании принимал участие местный адвокат Солтамурадов, сам Битаев участвовал в некоторых заседаниях по видеоконференцсвязи (ВКС).

Суд рассматривал обстоятельства двух взысканий, вынесенных Битаеву. 28 ноября 2017 года в 06:04 Битаев молился вместо того, чтобы делать физзарядку. За это постановлением начальника ИК-17 от 1 декабря был водворен в ШИЗО на 5 суток. И 5 декабря в 20:48 Битаев сидел на кровати за 12 минут до отбоя, за что 6 декабря был водворен на 7 суток в ШИЗО и признан злостным нарушителем.

А 23 декабря он был переведен на 6 месяцев в Единое помещение камерного типа (ЕПКТ) за нарушение распорядка дня и отказ от дежурства по камере.
Он посчитал постановление от 23 декабря 2017 года о переводе его в ЕПКТ незаконным в связи с тем, что оно было вынесено в выходной день и в неофициальной обстановке, что не предусмотрено законом. В связи с этим переводом Битаев звонил своему адвокату, однако того не допустили к осужденному, сославшись как раз на выходной день.

Относительно постановления о водворении в ШИЗО за молитву вместо физзарядки свое несогласие Битаев мотивировал правом на свободу вероисповедания, считая молитву своей обязанностью, я время на физзарядку — своим правом, а не обязанностью.

Кроме того, Битаев жаловался на отсутствие причин делать его злостным нарушителем: 27.11.2017 его этапировали из КТБ-1 (туберкулезной больницы) в ИК-17 и поместили в карантинную зону. 1 декабря его из карантина отправили ШИЗО на 5 суток за нарушение правил внутреннего распорядка. По окончании этих 5 суток ему предъявили постановление о водворении в ШИЗО еще на 7 суток, по окончании которых его снова отправили на карантин. 18 декабря его перевели в ШИЗО-ПКТ на 3 месяца, а 29 декабря этапировали в ЕПКТ ИК-43 на 6 месяцев. Битаев заявил, что все доказательства его вины фальсифицированы.

Представитель ответчика, ИК-17, просила в удовлетворении требований Битаеву отказать, ссылаясь на то, что процедура привлечения Битаева к дисциплинарной ответственности нарушена не была.

15 апреля 2019 года суд принял решение: исковое заявление Битаева удовлетворить частично.
Суд указал, что действия административного ответчика, запрещающие мусульманину обязательные для него обряды, нарушают конституционные права Битаева: «…Битаев С.Р., воспользовавшись своим правом, вместо выполнения физической зарядки молился, что суд не усматривает как нарушение действующего внутреннего распорядка».

Суд также согласился с тем, что постановление от 23 декабря о переводе Битаева в ЕПКТ на 6 месяцев вынесено в выходной день и не может считаться законным.

По поводу нахождения на своем спальном месте в непредназначенное для сна время, в 20:48, суд указал, что в графике дня осужденных время 20:50 – 21:00 обозначено как «подготовка ко сну» и суд не рассматривает этот эпизод как нарушение режима. Суд даже отметил, что в данном случае «административный ответчик злоупотребляет своими правами, что недопустимо».

В результате суд признал незаконными постановление от 1 декабря 2017 года о водворении Битаева в ШИЗО на 5 суток, постановление от 23 декабря 2017 года о переводе Битаева в ЕПКТ на 6 месяцев и постановление от 6 декабря 2017 года о водворении Битаева в ШИЗО на 7 суток, в удовлетворении остальной части иска суд постановил отказать.

Красноярская колония подала апелляционную жалобу на решение Старопромысловского районного суда и 2 июля 2019 года Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Чеченской Республики определила: решение суда первой инстанции отменить, административное дело направить на новое рассмотрение в ином составе суда. Судебная коллегия сослалась на допущенные судом нарушения норм процессуального права.

Битаев направил кассационную жалобу на апелляционное определение и в качестве обоснования указал на то, что суд второй инстанции не известил его и его представителя о времени и месте рассмотрения жалобы.

19 ноября 2019 года Старопромысловский районный суд в новом составе рассмотрел жалобу Битаева и решил иск Битаева к администрации ИК-17 «оставить без удовлетворения в полном объеме». Суд ссылался на пропущенные сроки для иска, на «материалы дела», т.е. рапорты и акты сотрудников ИК-17, как на доказанные факты, а доводы Битаева отвергал за отсутствием доказательств. Как важный довод в пользу отказа в иске суд упоминал его характеристику и справку о поощрениях и взысканиях.

Решение Старопромысловского суда было обжаловано защитниками Битаева. В апелляционной жалобе адвокаты указали на то, что администрация ИК-17 необходимо доказывать законности своих действий.
«Рапорты являются недостаточным доказательством нарушения, кроме того, во всех случаях наложения дисциплинарных взысканий административному истцу не была обеспечена возможность воспользоваться помощью адвоката, несмотря на его требование, так же он не был ознакомлен с необходимыми документами, не знал, в чём его обвиняют» – говорится в жалобе.

В последующем выяснилось, что суд жалобу потерял и не туда отправил, поэтому с декабря 2019 года по жалобе никакого движения не было.

Пятый Кассационный суд 19 февраля 2020 отменил апелляционное определение судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Чеченской Республики от 2 июля 2019, а также решение Старопромысловского районного суда от 19 ноября 2019, дело направлено на новое рассмотрение в ВС ЧР в ином составе судей. Иными словами, кассационный суд отменил все, что было после первого положительного решения в пользу Битаева и отправил дело на новую апелляцию. Теперь там вновь будет решаться вопрос – вступит ли решение в пользу Битаева в силу или нет.

Основание отмены: Битаев лично хотел присутствовать в суде, а этот вопрос не рассмотрели.

ИЗБИЕНИЕ

30 августа 2018 года, по словам Битаева, его несколько часов избивали семеро сотрудников колонии. Били в пах, применяли электрошокер и угрожали изнасиловать или убить, инсценировав суицид.

Чтобы привлечь внимание к происходящему, Битаев порезал себе живот и руки. После этого его отправили в тюремную больницу. Ему угрожали, обещали «заколоть галоперидолом», если он не скажет под запись, что у него нет претензий к сотрудникам колонии. Адвокат, посетивший заключенного через неделю после избиения, видел у него гематомы.

Защитники Битаева подали заявление о пытках в Следственный комитет, следователь СК встретился с Битаевым через 10 дней после избиения. СК дал официальную информацию о том, что проводит проверку и затребовал видеозаписи с камеры наблюдения и носимых видеорегистраторов сотрудников колонии. Но в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела, который адвокаты получили в сентябре, говорилось, что записи с видеокамер проверять не будут: согласно справке из ИК-17 «30.08.2018 в 17 часов 59 минут в исправительном учреждении произошел сбой электропитания, в связи с чем просмотреть видеоархив в ШИЗО/ПКТ за 30.08.2018 с 18 часов 00 минут до 22 часов 00 минут не представляется возможным».

После того как защита Битаева установила, что в день происшествия электричество в колонии не отключалось, администрация сообщила о «кратковременном сбое конфигурации видеосервера камер наблюдения в ПКТ/ШИЗО», поэтому видеонаблюдение там не велось. После в краевом ГУФСИН заявили, что записей камер нет, так как у видеосервера разрядились аккумуляторы.

СК неоднократно отказывал в возбуждении уголовного дела, игнорировал записи с видеорегистраторов восьмерых сотрудников ФСИН, отказывался исследовать телесные повреждения Битаева и медицинские карты.

Пресс-служба ФСИН, комментируя заявление Битаева о пытках, подчеркнула, что он осужден «за терроризм», «ведет себя агрессивно, постоянно нарушая режим, склонен к провокациям и сутяжничеству. …Фактов пыток осужденного Битаева за период отбывания наказания ни одной проверкой выявлено не было».

В октябре 2019 года эксперт «Общественного вердикта», юрист Александр Брестер, представляющий в ЕСПЧ интересы заключенного Сулима Битаева, сообщил, что суд зарегистрировал его жалобу на пытки в ИК-17 и неэффективное расследование.

В списке взысканий и поощрений, представленном в суд администрацией ИК-17, подавляющее большинство — нарушения распорядка дня или формы одежды. Именно за них Битаев получал весомые сроки в ШИЗО и ПКТ.

Понятно, что в местах лишения свободы необходимы правила, распорядок дня и прочие ограничения. И неизбежна какая-то система наказаний за нарушение этих правил и ограничений.

Но и ограничения, и наказания за них должны иметь смысл и разумный регламент, который, кроме прочего, сделал бы затруднительным произвол и злоупотребления со стороны администрации. Иначе назначенное судом «лишение свободы» можно, пользуясь формальными правилами, превратить в настоящую пытку.

Что это за «подготовка ко сну», не позволяющая присесть на кровать? С какой точностью человек должен оказаться в постели при команде «Отбой»? Сколько дней ШИЗО или месяцев ПКТ положено, например, за опоздание на 1 секунду? Ведь при видеофиксации такое «нарушение» легко документировать, предоставив в суд соответствующее фото.

В распорядке дня записан «Сон (непрерывный)». Что это значит в точном смысле? Что нельзя встать в туалет? Если так, то это пытка.

Дело Битаева в прямом смысле разоблачает системный произвол в исправительных учреждениях. Если с помощью справок, рапортов и актов у администрации имеется возможность превратить срок любого осужденного в сплошную режимную пытку, то найдется немало желающих по разным причинам это проделать.

Суды же в большинстве случаев принимают эти бумажки как полноценные доказательства и не расследуют объективные обстоятельства дела.

Дело Битаева показывает, что администрация исправительного учреждения относится к видеофиксации исключительно как к дополнительному инструменту слежки за осужденным, а в неудобных для себя эпизодах может произвольно отказать в выдаче записей следствию и суду, сославшись на ничем не подтверждаемые неисправности.

Другие материалы: